Айртон Сенна

21 марта 1960 года в 2 часа 35 минут по местному времени в Сан-Паулу в семье известного промышленника да Силва родился мальчик, которому дали имя Айртон. Для родных же он был просто Беку. В раннем детстве у малыша были явные проблемы с двигательными функциями. “Когда за обедом дело доходило до десерта, – вспоминает мать Айртона сеньора Нейде, – ему всегда давали две порции мороженого, потому что одна из них непременно оказывалась на полу. В то время любая лестница, в которой было больше трех ступенек, была для него непреодолимым препятствием”.

Айртон Сенна
Айртону не было еще и четырех лет, когда он впервые сел за руль карта. В 13 он вышел на старт своей первой гонки в Интерлагосе, и за следующие семь лет юноша с самой распростаненной в Бразилии фамилией собрал все трофеи латиноамериканского картинга. Трижды подряд да Силва выигрывал чемпионат Бразилии, дважды – чемпионат Южной Америки и дважды, в 1979 и 1980 годах, становился вторым в мировом первенстве.

Сенна за рулем картинга
Выиграв в латиноамериканском картинге все, что можно, в 1980-м Айртон перебирается в Европу, а в 1981 году Айртон женился на своей давней подруге — Лилиан да ВашконселушСоуза. У них было много общих интересов, некоторое время они даже вместе участвовали в гонках, но всё же их брак продлился недолго — в 1983 году они развелись. После этого у него было немало романов, но до женитьбы дело больше не доходило.

Путь в Формулу-1

Холодным зимним утром 1981 года смуглый темноволосый молодой человек остановил машину у небольшого здания на шоссе Лондон-Норвич в Снеттертоне и, помедлив секунду, направился к двери. Чтобы добраться сюда, он проехал полмира, но это было только начало долгого пути…

Молодому человеку скоро должен был исполниться 21 год, звали его Айртон да Силва, а прибыл он в Англию из Бразилии. Дверь, которую он открыл, вела в офис Ральфа Фэрмина – владельца сильнейшей в Англии гоночной команды Формулы-Ford – VanDiemen. Почти все молодые британцы, бредившие в те годы лаврами Джима Кларка и Джеки Стюарта, рано или поздно обязательно стучались в эту дверь. Да и не только британцы: В последние годы здесь перебывало немало юношей, чьими кумирами были земляки Хуан МануэльФанхио и Эмерсон Фиттипальди. Причем с каждым годом латиноамериканцев становилось все больше: Пасе, Морено, Боэзель. Айртона, как оказалось, в Снеттертоне уже знали.
“Помню, когда в 77-м у нас гонялся бразилец Шику Серра, он постоянно говорил о парне по фамилии Сенна, – вспоминает Ральф. – “Он приедет, обязательно приедет”, – повторял Серра. Через пару лет Айртон действительно приехал. И когда он впервые переступил порог моего офиса, я уже достаточно знал о нем. Шику все уши прожужжал мне о том, как хорош Сенна. Несмотря на это, при первом знакомстве Айртон показался мне чересчур самоуверенным. Но уже через десять минут я понял, что это не была пустая самонадеянность. Этот парень точно знал, что и как ему нужно делать, чтобы стать чемпионом”. Они договорились, что Айртон попробует свои силы во всех трех британских чемпионатах Формулы-1600, проводимых Королевским автоклубом и судоходными компаниями P&O и Towsend-Thoresen. Айртон снял для себя и своей молодой жены Лилиан жилье к югу от Норвича и начал потихоньку приспосабливаться к новому для себя миру. Те первые месяцы оказались, наверное, самыми сложными в его жизни. Он еще плохо говорил по-английски, к тому же теперь ему пришлось привыкать ко множеству новых для него вещей: машинам (причем как гоночным, так и дорожным – с правым рулем), трассам, даже: к новому имени. По настоянию отца, с боем отпустившего сына в Европу, Айртон да Силва выступал в гонках под девичьей фамилией своей матери – Сенна. Но англичанам и это имя показалось слишком сложным, и в команде его окрестили просто Гарри. К новому прозвищу Айртон привык быстро. А вот с гонками и преодолением языкового барьера все оказалось куда сложнее. Хотя, надо отдать ему должное, первое давалось Гарри куда легче второго.
“Опыт картинга, конечно, сильно помог мне, но в основном это касалось лишь езды в толкучке, – вспоминал потом Сенна. – В этом Ф-Ford и картинг похожи. Но основы управления “формулой” все-таки слишком сильно отличаются от карта”. Чтобы привыкнуть к новой машине и незнакомым трассам, потребовалось время. И 1 марта на своей первой в жизни гонке в Брэндс-Хэтче Гарри квалифицировался в середине стартового поля, а на финиш приехал пятым, позади обоих своих партнеров по VanDiemen. Во второй гонке в Тракстоне Сенна был уже третьим. Но как только Формула-1600 вернулась на уже знакомую ему трассу в Брэндс-Хэтче, Гарри одержал свою первую победу.
“Гонка проходила в дождь, – вспоминает его механик Падди Пеллен. – И уже сразу после старта стало понятно, что сегодня Сенне не будет равных. А когда он наконец пересек первым финишную линию, ко мне бросилась его обезумевшая от счастья жена Лилиан. Эта хрупкая девушка была в таком экстазе, что едва не оторвала меня, здорового мужика, от земли. А вообще она была очень даже ничего: и отлично готовила. Помню, она пекла по какому-то особому бразильскому рецепту просто восхитительные банановые пирожные и приносила их нам в боксы. Поверьте, ничего вкуснее я в жизни не пробовал:”
“Лилиан говорила по-английски еще хуже Сенны. Но она была соблазнительной девчонкой, с та-акими формами и истинно бразильской задницей, что когда она прогуливалась по паддоку, не было ни одного мужика, который бы не остановился поглазеть на нее, – соглашается с Падди фотограф нашего журнала Кит Саттон, именно с той самой дождевой гонки начавший работать личным “фотолетописцем” Айртона. – В Тракстоне Сенна сам подошел ко мне и предложил поработать на него. Ему нужны были фото с гонок для бразильской прессы и поиска спонсоров”.

С каждой гонкой он ехал все быстрее и быстрее. Но больше всего поражало, насколько точно он уже в столь юном возрасте оценивал свои возможности. “Однажды после тестов он заявил мне: “Я мог проехать на две десятых быстрее здесь и отыграть еще три в этом повороте. Но я не стал этого делать, ведь сегодня только тесты. В квалификации же я проеду на пять десятых быстрее”, – вспоминает Пеллен. – И действительно, он проехал ровно на полсекунды быстрее. Удивительно, но он всегда точно знал, сколько он может еще прибавить”.
Кроме того, уже тогда в Айртоне начали проявляться те качества, что потом так восхищали поклонников и раздражали недоброжелателей в Ф-1: агрессивный, порой взрывной характер (достаточно вспомнить мартовскую гонку в Снеттертоне, где он едва не подрался со своим партнером по команде Энрике Мансиллой после того, как аргентинец подрезал его на трассе) и удивительное умение ездить в дождь.
“Однажды в Снеттертоне я смотрел гонку Ф-1600, – вспоминает тим-менеджер командыVanDiemen Ф-2000 Денни Рашен. – Сенна лидировал, он шел всего на несколько ярдов впереди преследователей. Но тут пошел дождь, и на следующем круге он опережал остальных уже… на полкруга. “Бог ты мой!” – сказал я себе и тут же пошел познакомиться с ним. Я предложил ему на следующий год пересесть на “Ф-2000″, пообещав “полный пакет”, европейский и британский чемпионаты, всего за 10 000 фунтов – сущие гроши, по сравнению с тем, что платили другие гонщики”.
“Помимо потрясающего умения контролировать машину на мокрой трассе, Айртон всегда великолепно стартовал, – продолжает Ральф Фэрмин. – Как только загорался зеленый светофор, он тут же выигрывал несколько метров. Кроме того, на первых же кругах, пока другие раскачивались, выбирая свой темп и прогревая резину, он показывал лучшие круги и фактически выигрывал гонку. Уже где-то к середине сезона и я, и Падди точно знали: перед нами будущий чемпион мира”.
В последний день августа Айртон, тремя неделями раньше выигравший первенство RAC, одержав свою 12-ю победу в сезоне, за этап до конца выиграл и чемпионат Towsend-Thoresen (в P&O Гарри проехал лишь одну гонку). Он стал первым бразильцем, сумевшим за один сезон выиграть сразу два чемпионата британской Ф-Ford. После церемонии награждения диктор по автодрому Брайан Джонс подошел к Сенне с микрофоном: “Ну что, Айртон, ты блестяще выступил в Ф-1600, теперь тебя ждет дорога наверх, в Формулу-3?” “Нет, – ответил Сенна. – Я завязываю с гонками и возвращаюсь в Бразилию:”
Айртон и сам был безумно расстроен таким поворотом событий, но что ему оставалось делать? Отец, который финансировал его весь этот сезон, отказался давать деньги на следующий и требовал вернуться в Бразилию, взяться наконец за ум и окончить университет. Своих сбережений у Сенны не было, и дальше жить в Англии, а тем более выступать в гонках было не на что. Со спонсорами же в Бразилии в те годы было неважно: в Латинской Америке разразился грандиозный экономический кризис. Курс боливийского песо за один только год упал более чем в тысячу раз. Да и в самой Бразилии богатые даже не плакали, а рыдали – страна увязла в 100-миллиардных долгах. Какие уж тут автогонки! В общем, осенью 1981 года бразильский д’Артаньян, потерпевший к тому же очередное, уже четвертое фиаско на чемпионате мира по картингу в Парме, возвращался в свою заморскую “Гасконь” самым несчастным человеком на свете, в отчаянии даже отказавшись от участия в фестивале Формулы-Ford в Брэндс-Хэтче. И быть может, мир так никогда бы и не услышал о человеке по имени Айртон Сенна, если бы тогда, зимой 81-го, судьба все-таки не сжалилась над ним.

“С октября по февраль я аккуратно помогал отцу в его бизнесе, но все эти месяцы грезил Англией и мечтал вернуться в гонки”, – вспоминал потом Сенна. То ли Айртон в конце концов сумел убедить отца, то ли Милтону да Силва просто надоело видеть постоянную грусть в глазах сына, но через пять месяцев он наконец сдался и предоставил Айртону возможность самому решать свою судьбу, а тот, естественно, тут же выбрал гонки. Затем был небольшой семейный совет, на котором родители благословили бразильца на подвиги (“Я просто сумел убедить их, что в мои гонки вложено уже слишком много денег, а вернуть их я смогу, только попав в Формулу-1″, – шутил потом Айртон), и через несколько дней он уже вновь летел через океан, навстречу своим будущим победам.
На этот раз он приехал в Англию уже один, без Лилиан: незадолго до его возвращения в Европу они разошлись. “Она была из очень хорошей семьи, привыкла к комфорту и прислуге и оказалась абсолютно не готова к роли домохозяйки в нашем доме в Норфолке”, – с горечью признался Сенна после развода. Впрочем, злые языки потом уверяли, что Лилиан просто надоело, что Айртон уделял ей меньше внимания, чем своим машинам. После блестящей победы в Ф-1600 перед Айртоном открылось множество путей. Его приглашали к себе команды Ф-Ford 2000, Ф-3 и даже Ф-2: “Приглашение в Формулу-2, конечно, польстило моему самолюбию. Но там гоняются заводские команды, и очень много зависит от машины и мотора. Если ты не попадешь “в масть”, можно загубить всю карьеру, – не по годам здраво рассуждал Сенна. – Формула-3 – более соблазнительный вариант: машины там примерно равны. Но чтобы добиться успеха в “трешке”, нужно предварительно намотать на тестах много километров, а времени на это у меня нет. Остается Ф-Ford 2000:” Приняв решение, Айртон, недолго думая, отправился к Денни Рашену и, подписав контракт с его командой RushenGreenRacing, с первой же гонки начал громить своих соперников.
Шесть первых гонок британского чемпионата он закончил со 100-процентным результатом: шесть побед, шесть поулов и шесть “быстрейших кругов”. Особенно замечательной была его победа 9 апреля в Снеттертоне. Айртон, как обычно, вырвался вперед со старта, но тут позади произошел завал. За круг судьи не успели до конца расчистить трассу от гравия и обломков. Сенне пришлось проехать прямо по ним, после чего он вдруг резко сбросил скорость и откатился секунд на двадцать назад. “Мы подумали, что он вернется в боксы, – вспоминает Рашен. – Но не тут-то было”. Гонку возглавил партнер Сенны по RGR КенниЭндрюс. “Я выигрывал у Сенны секунд 15, едва различал его в зеркалах и уже начал было верить в победу, – вспоминает Кен, – но вскоре он догнал и обошел меня”. И только после гонки Рашен и Эндрюс узнали, чего на самом деле стоила эта победа Сенне. Когда в начале гонки он наехал на обломки, один из них повредил передние тормоза, и всю оставшуюся гонку на его машине работали только тормоза задних колес. Поэтому-то он и потерял вначале двадцать секунд, пока привыкал к новым “особенностям” своего автомобиля, но затем даже на покалеченной машине сумел выиграть гонку.
Удивительно, но если в Бразилии Сенна постоянно мечтал об Англии, то теперь в Европе ужасно скучал по родине, особенно весной и осенью. Теплолюбивый бразилец никак не мог до конца приспособиться к холодному климату Туманного Альбиона. Он никогда не садился в машину, не разогрев предварительно свои перчатки и балаклаву на радиаторе, ненавидел ранние тесты, потому что никак не мог заставить себя холодным утром вылезти из теплой кровати. Порой он просто ненавидел Англию с ее вечными туманами и мечтал о жарком солнце Бразилии. Но деваться было некуда, ведь только через сито английских гонок он мог пробиться в Формулу-1. И с каждым днем он шаг за шагом приближался к своей мечте.
Еще в конце марта, по совету Саттона, Сенна разослал менеджерам команд Ф-1 небольшие пресс-релизы о себе. И вскоре начали приходить первые отклики. Айртоном всерьез заинтересовались РонДеннис, Фрэнк Уильямс, Берни Экклстоун и Алекс Хокридж. Последний даже предложил бразильцу сесть за руль Toleman уже следующей весной. Но Сенна не спешил, он еще не чувствовал себя готовым к дебюту в Ф-1. К тому же его не прельщало начинать карьеру в команде-середняке, каким тогда была Toleman. “Я не хотел просто стать еще одним пилотом Ф-1, – говорил Сенна. – Я хотел быть победителем, и надеялся получить машину, которая позволила бы мне выигрывать гонки”.
Впрочем, была у Айртона и еще одна мечта – побить в Ф-1 Нельсона Пике, который еще в Бразилии взбесил юного да Силву своим пренебрежительным высокомерным отношением. “Однажды я обязательно побью этого ублюдка”, – заявил как-то АйртонРашену. А в другой раз задумчиво спросил у Денни: “Как ты думаешь, кто из нас лучший гонщик: я, Шику Серра или Нельсон Пике?” “Ну, не знаю”, – замялся Рашен. И Айртон ответил сам: “Знаешь, у меня огромное преимущество над ними обоими, ведь я занимаюсь картингом с четырех лет!”
В свои 22 он действительно занимался картингом уже 18 лет. И этот сезон стал последним для Сенны-картингиста. После очередного провала на чемпионате мира в шведском Кальмаре, где у него лопнула шина, Айртон завершил свою картинговую карьеру. Впрочем, шведская неудача в том сезоне оказалась для Сенны лишь неприятным исключением. В целом, 1982 год бразилец завершил еще лучше, чем предыдущий. Одержав 21 (!) победу в 27 гонках, Айртон выиграл и британский, и европейский чемпионаты Формулы-Ford 2000, а в середине ноября в Тракстоне сел за руль Ralt Формулы-3 команды ДикаБеннеттса. “Эта гонка была очень важна для меня, – вспоминал Сенна. – Формулу-3 тогда показывали по британскому телевидению, и при благоприятном результате она могла очень помочь мне собрать бюджет на следующий сезон”. Результат первой гонки превзошел даже самые радужные прогнозы. Поул-позиция, быстрейший круг в гонке, лидирование со старта до финиша, победа – таким получился дебют Гарри в британской Ф-3, его последней ступени на пути в Ф-1.

В 1983 году Сенна подписал контракт с WestSurreyRacing – одной из сильнейших команд британской “трешки” и начал новый сезон в уже привычной роли главного фаворита. Однако здесь он впервые за три года в Англии встретил серьезное сопротивление. Человеком, который смог на равных противостоять юному Бразильскому Волшебнику, оказался будущий пилот Ф-1 и чемпион мира в гонках спортпрототипов англичанин Мартин Брандл, выступавший тогда за команду Ф-3 Эдди Джордана. Подоплека этого противостояния усугублялась еще и тем, что Джордан стал первым, кто год назад усадил Сенну (причем совершенно бесплатно) в машину Ф-3, но после того как Айртон выбрал WSR, затаил на бразильца обиду и только и мечтал о том, чтобы не дать ему выиграть титул.
Чемпионат вроде бы начался для Сенны лучше некуда. И хотя победы теперь давались ему куда тяжелее, чем в Формуле-Ford, Айртон продолжал выигрывать одну гонку за другой, иногда совершая для этого маленькие чудеса. Так однажды в Сильверстоуне Сенна сумел дважды обойти Брандла в Stowe, а затем в Becketts: по внешней траектории. “Это было невероятно! Он был уже двумя колесами на траве, но упрямо несся вперед”, – вспоминает схватку с Сенной в Becketts Мартин. Выиграв девять первых гонок, Айртон побил рекорд Пике, одержавшего в 78-м восемь побед подряд. Но затем последовала полоса неудач. Причем, как позднее и в Ф-1, Айртона подводила его чрезмерная нацеленность на победу. Для Сенны не существовало других мест, кроме первого, и в своем стремлении к победе он часто переходил грань разумного риска. “Я втолковывал ему, что выиграть все гонки невозможно и иногда лучше довольствоваться вторым местом, чем вообще не получить ни одного очка, но все впустую”, – сетовал Дик Беннеттс. В итоге за сезон Сенна лишь дважды финишировал вторым, зато в шести гонках вообще не смог добраться до финиша. И хотя он одержал больше всех побед, за этап до конца чемпионата вперед с преимуществом в одно очко вышел Брандл, который хоть и выиграл меньше гонок, зато стабильно набирал очки там, где Сенна сходил с трассы. Но финиш сезона все-таки остался за бразильцем. Сначала уверенно выиграв последнюю гонку британской Ф-3 в Тракстоне, Айртон обошел-таки Брандла в чемпионате. Затем была блестящая победа в Гран При Макао, где Сенна, в ночь накануне тренировок прилетевший с тестов Brabham, на совершенно незнакомом городском кольце более чем уверенно выиграл обе гонки, побив абсолютный рекорд трассы. Потом Сенну ждали бесплодные переговоры с Экклстоуном, Деннисом и Уильямсом, очередные тесты Toleman в Сильверстоуне, на которых он почти на секунду перекрыл время ДерекаУорика, и восторженная характеристика Рори Бирна: “Он великолепен! Нам просто необходимо заполучить его”.
В начале ноября 1983 года темноволосый молодой человек остановил машину на одной из улиц в центре Лондона и, помедлив секунду, направился к двери небольшого офиса команды Ф-1 Toleman. За этой дверью безвестного бразильца ждала всемирная слава.

Звезда новичок

1984 год превратил талантливого дебютанта в звезду. Команда «Тоулман» была небольшой по сравнению с другими известными командами того времени, такими как «Уильямс», «Макларен» или «Брэбем». Несмотря на это, ей удалось создать неплохую машину, на которой Сенна и показал впервые свой талант гонщика в Формуле-1. Первое очко в чемпионате мира Формулы-1 он заработал 7 апреля 1984 года на трассе в Кьялами, где проходил Гран-при Южной Африки. В трёх последующих гонках он набрал ещё два очка, а затем на Гран-при Монако.Гран-при Монако — гонка, которая считается трудной даже при хорошей погоде, поскольку она проходит по улицам города. Сенна, имея далеко не самую лучшую машину (Toleman TG184), стартовал с 13-го места. Когда гонка была остановлена после 31 круга (дождь стал настолько сильным, что продолжать гонку было слишком опасно), Сенна был на втором месте, быстро догоняя идущего первым Алена Проста. Это было очень необычным для Монако, гдеобгоны сильно затруднены и даже при гонке на сухой трассе нередко не происходит ни одного обгона. Проведя трудную гонку и обогнав нескольких гонщиков, имевших технически лучшие машины (в том числе двукратного чемпиона мира Ники Лауду), занял второе место, выиграть ему помешала лишь остановка гонки. Затем в ходе сезона Сенна ещё два раза поднимался на подиум, заняв третьи места в Гран-при Великобритании и Португалии, и по итогам года занял в чемпионате девятое место.

В следующем, 1985 году Сенна перешёл в более сильную команду — «Лотус» (этот переход сопровождался трениями с командой «Тоулман», с которой у Сенныбыл контракт ещё на год и которая не хотела отпускать его). Команда «Лотус» построила тогда одну из лучших своих машин того периода — 97Т, партнёром Сенны по команде был Элио де Анджелис. На первой трассе сезона — Гран-при Бразилии — Сенна вынужден был сойти из-за проблем с электроникой. На второй гонке сезона — Гран-при Португалии, проходившей 21 апреля1985 года на трассе в Эшториле при сильном дожде — Сенна, впервые стартовав с поула, смог выиграть свою первую гонку в Формуле-1, завоевав «Большой шлем». Однако остальные гонки сезона были омрачены многочисленными техническими проблемами, и, несмотря на то, что Сенна нередко завоёвывал первые позиции в квалификациях, закончить гонки ему не удавалось. Он смог одержать ещё только одну победу — на трассе Спа, где проходил Гран-при Бельгии. К концу сезона Айртон набрал 38 очков и занял в чемпионате четвёртое место. Но в тот период у Сенны был один раздражитель — Элио де Анджелис. Элио был его напарником по Лотусу в 1985 году и набрал всего на пять очков меньше, чем бразилец. К тому же, в запасе итальянца была одна победа, что говорило о неслучайности хорошего выступления. Достойный соперник в команде не нравился Айртону и он прямо заявил, что не будет работать с ним в одной команде. Итальянца попросили уйти из команды. Позже бразилец аргументировал это тем, что в Лотусе не смогли бы на равных относиться к обоим пилотам. Так или иначе, но в 1986 году второе место в команде занял Джонни Дамфриз. Результаты аристократа из Великобритании ограничились тремя очками, тот сезон оказался для него первым и последним. А Элио перешёл в Брэбем и погиб в следующем году на тестах в Поль-Рикар.
Второй сезон в «Лотусе», 1986 года сложился у Сенны лучше благодаря тому, что инженеры команды хорошо поработали над машиной, и она стала более надёжной. На старте сезона в Гран-при Бразилии Сенна занял второе место вслед за своим соотечественником Нельсоном Пике, а затем захватил лидерство в чемпионате мира после победы на трассе Херес в Испании, где он до последней секунды сдерживал шедшего вторым Найджела Мэнселла, который на финише отстал от Сенны всего на 14 тысячных секунды. Но это лидерство не продержалось долго — чемпионат стал ареной борьбы главным образом «Макларена» и «Уильямса», а «Лотус» снова стал страдать от механических проблем. Несмотря на это, Сенна одержал ещё одну победу и ещё в трёх гонках смог занять второе место и закончил чемпионат с 55 очками, завоевав при этом восемь поулов. Однако пилоты «Макларена» и «Уильямса» — Прост, Пике и Мэнселл — выступили столь хорошо, что этих очков Сенне снова хватило лишь для четвёртого места в чемпионате.
Сезон 1987 года также был многообещающим. Компания «Рено» объявила об уходе из автоспорта, и команда «Лотус» стала использовать мотор «Хонда», который был более мощным и надёжным. Начало сезона у Сенны не сложилось, но затем он выиграл подряд две гонки — престижный Гран-при Монако и Гран-при США в Детройте — и вновь оказался лидером чемпионата. Но Мэнселл и Пике на «Уильямсах» и в этом сезоне показывали столь впечатляющие результаты, что Сенне было трудно за ними угнаться, и после Гран-при Мексики, где Сенна вылетел с трассы из-за неисправного сцепления, он потерял шансы на чемпионский титул, за который продолжали бороться между собой Пике и Мэнселл. За две гонки до конца сезона Мэнселл пострадал в аварии на свободных заездах перед Гран-при Японии и не смог принять участие в этой гонке, а также в последующем Гран-при Австралии. Это давало Сенне шансы на второе место, и он сделал всё, что мог, заняв вторые места в обеих гонках и набрав достаточно очков для второго места. Однако после Гран-при Австралии стюарды установили, что отверстия для охлаждениятормозов на машине Сенны были шире, чем предусмотрено регламентом, и Сенна был дисквалифицирован. Из-за этого по итогам сезона он с 57 очками занял третье место.
В ходе сезона 1987 года у Сенны установились хорошие отношения с компанией «Хонда», и, когда в конце сезона срок контракта Сенны с командой «Лотус» истёк, он был приглашён в команду «Макларен», которая также использовала моторы «Хонда».

Жесткая конкуренция

В 1988 году Сенна оказался в «Макларене», где его напарником стал Ален Прост, к тому времени двукратный чемпион мира. Так было положено начало жёсткой конкуренции между ними, кульминацией которой стали несколько гоночных инцидентов с участием этих двух пилотов. Ален начал чемпионат 1988 года в роли “примы”, но уже к концу сезона “солистом” стал Сенна.В сезоне 1988 года на долю этой пары пришлось 15 побед из 16 (только Гран-при Италии выиграла команда «Феррари»), из которых 8 принадлежали Сенне и 7 — Просту. В чемпионате Прост набрал больше очков в общей сложности, но в то время в зачёт чемпионата шли результаты лишь 11 лучших гонок, поэтому чемпионом в итоге стал Сенна.

В следующем сезоне 1989 года конкуренция ещё более обострилась, выливаясь в постоянную борьбу на трассе и психологическую войну вне её. Типичным эпизодом этой борьбы стал, например, Гран-при Германии, где Прост и Сенна боролись за первое место в течение всей гонки; выиграл её Сенна. Чемпионом стал Прост после инцидента в предпоследней гонке на трассе в Судзуке, когда Сенна попробовал осуществить трудный обгон, и две машины столкнулись, зрелищно зацепившись друг за друга. Этот манёвр со стороны Сенны был очень рискованным, и многие затем критиковали его за эту попытку. В то же время признавалось, что это место на трассе было практически единственным, где был возможен обгон, и если бы Сенна не попытался это сделать, то чемпионский титул совершенно точно достался бы Просту. Некоторые считают также, что в столкновении был виноват Прост, не пожелавший пропустить Сенну, когда тот уже фактически обогнал его по внутренней траектории. Сенна смог вернуться в боксы, сменить передний спойлер и продолжить гонку, выиграв её, однако после гонки он был дисквалифицирован. Несмотря на то, что чемпионат 1989 года бразилец проиграл, уйти из команды пришлось Просту. Сенна публично заявил, что в этом эпизоде он «был грубо ограблен», что вызвало санкции со стороны FIA — Сенну оштрафовали на сто тысяч долларов и временно лишили лицензии на участие в гонках Формулы-1.К началу следующего сезона Сенна, заплатив штраф и извинившись перед FIA, вернул себе лицензию.

Айртон Сенна на старте
Перед сезоном 1990 года Прост ушёл в команду «Феррари», объяснив это тем, что в «Макларене» отдавали предпочтение Сенне. Но судьба чемпионата снова решалась в предпоследней гонке на той же трассе в Судзуке, Сенна сполна расплатился с Простом, который годом ранее резким движением руля закрыл ему дорогу ко второму чемпионскому титулу. Бразилец не стал ждать финиша гонки. Как признался Айртон годом позже, он принял решение еще до старта: если Прост обгонит его в первом повороте, то… Сенна остался внутри виража и не затормозил. McLaren бразильца протаранил Ferrari француза, и Айртон Сенна наконец стал двукратным чемпионом мира.

Сенна на подиуме

В сезоне 1991 года основная борьба шла между Сенной и Найджелом Мэнселлом, выступавшим за «Уильямс». Сенна выиграл четыре гонки в начале сезона, в следующих гонках удача была на стороне Мэнселла. К концу сезона шла равная борьба, но на Гран-при Японии Мэнселл вылетел с трассы и потерял шансы в борьбе за чемпионат. Сенна завершил сезон победой в досрочно остановленной гонке в Австралии и стал чемпионом в третий раз. В сезоне 1991 на японской Сузуке, единственный раз в жизни Сенна затормозил перед финишем и подарил победу своему партнеру по команде Герхарду Бергеру, два года служившему верным оруженосцем бразильскому Волшебнику, но так и не выигравшему за эти годы в McLaren ни одной гонки.

В 1992 году, благодаря интенсивной работе, проделанной в межсезонье инженерами «Уильямса», Мэнселл имел большое преимущество и выиграл 9 гонок из 16, досрочно став чемпионом. Сенна смог выиграть лишь три гонки — Гран-при Монако, Венгрии и Италии, причём победой в Монако Сенна был обязан лишь тому, что за десять кругов до финиша на машине шедшего первым Мэнселла лопнуло колесо. В конце сезона Сенна сказал, что ему мешало не только техническое преимущество «Уильямса», но и отсутствие Проста — без него Сенна потерял ориентир, никак не мог воспринять Мэнселла как серьёзного соперника и поэтому испытывал проблемы с мотивацией. Совокупность этих факторов подтолкнули Сенну к решению перейти в серию гонок IndyCar… В последний момент Рону Деннису удалось уговорить Айртона подписать контракт с McLaren на одну гонку, потом еще на одну и так далее. Айртон не ушел. Прост вернулся в «Формулу». И их борьба вновь стала украшением чемпионата. В техническом плане McLaren все еще был далек от Williams, но противостояние с Простом открыло у Сенны второе дыхане. Именно в 1993 году в Донингтоне он провел одну из своих лучших гонок, ставшую классикой Формулы-1. На старте бразилец стоял четвертым, в первый поворот вошел пятым, но в тот день над Дерби шел дождь… К концу первого круга, пройдя Вендлингера, Шумахера, Хилла и Проста, Сенна возглавил гонку, на финише привезя Просту на Williams целый круг. Считается, что в Формуле-1 гонки в дождевых условиях выравнивают шансы участников — скорости сильно уменьшаются, и преимущество более мощного мотора или лучшей аэродинамики нивелируется. Однако Айртон Сенна именно в этих условиях не раз демонстрировал большое преимущество над другими гонщиками. За многочисленные примеры высоких достижений в дождевых гонках спортивные журналисты и болельщики дали Сенне прозвище «Человек дождя». Сенна завершил сезон 1993 года победами в Гран-при Японии и Гран-при Австралии и завоевал вице-чемпионский титул, что стало достойным завершением его карьеры в команде «Макларен».

Роковой сезон

В 1994 году Сенна перешёл из «Макларена» в «Уильямс-Рено», сильнейшую на тот момент команду. Айртон Сенна был признанным мастером квалификаций своего времени. За свою карьеру в Формуле-1 он 65 раз занимал в них первые места, что на тот момент было рекордом. Этот рекорд держался и после смерти Сенны в течение 12 лет и был превзойдён Михаэлем Шумахером только в 2006 году на Гран-при Сан-Марино, причём Шумахеру потребовалось для этого провести 236 Гран-при, тогда как Сенна за всю свою карьеру в Формуле-1 принял участие только в 162. Несмотря на завоевание поул-позишн в первых двух гонках сезона 1994 года — Гран-при Бразилии и Тихого океана, финишировать в них ему не удалось. При этом обе гонки выиграл Михаэль Шумахер на «Бенеттон-Форд», который неожиданно стал главным претендентом на титул. 1 мая 1994 года Айртон участвовал в третьей за свою новую команду гонке — Гран-при Сан-Марино. Он снова выиграл поул, но гонка закончилась для него трагически.

В течение всего уикенда, в который проходила эта гонка, постоянно случались различные неприятности, из которых наиболее серьёзными стали две. Сначала во время пятничных свободных заездов в серьёзную аварию попал Рубенс Баррикелло. Он сломал нос и ребро, оказался в больнице и не смог из-за этого участвовать в гонке. Баррикелло недавно пришёл в Формулу-1 и считался протеже Сенны. Сенна навестил Баррикелло в больнице (врачи запретили ему это делать, поэтому Айртону пришлось перелезть через стену) и после разговора с ним пришёл к выводу, что нужно пересматривать стандарты безопасности в Формуле-1. На следующий день во время субботней квалификации погиб 33-летний австрийский гонщик Роланд Ратценбергер, проводивший всего третий Гран-при в карьере — его машина вылетела с трассы в скоростном вираже «Вильнёв» на скорости около 314 километров в час и ударилась левой стороной о железный ограничитель. Эта смерть шокировала всех, поскольку в течение предыдущих 12 лет никто из гонщиков не погибал на трассе (в 1982 году в Монреале во время Гран-при погиб итальянец Риккардо Палетти, а в 1986 году от отравления угарным газом после аварии на тестах умер другой итальянец Элио де Анджелис) и многие впервые переживали такой момент. Сенна ещё более уверился в том, что необходимо срочно принимать меры по повышению безопасности гонок. Утром, в воскресенье, по инициативе Сенны, состоялось собрание гонщиков, на котором они договорились создать рабочую группу по безопасности, которая занялась бы разработкой плана мероприятий.
На старте гонки болид финна Юрки Ярвилехто заглох и в него набирая скорость врезался Педру Лами (при этом разлетевшимися обломками были ранены трое зрителей, один из них тяжело), и на трассу выпустили машину безопасности, чтобы скорость движения болидов снизилась и можно было убрать обломки. Гонщики ехали за машиной безопасности до 6-го круга. На 7-м круге, втором после ухода машины безопасности и рестарта гонки, машина Сенны сорвалась с трассы в повороте «Тамбурелло» и на огромной скорости врезалась в бетонную стену. Согласно показаниям телеметрии, в момент срыва скорость машины была около 310 километров в час, после этого Сенна успел затормозить и замедлить машину, но всё же скорость в момент удара о стену составляла примерно 218 километров в час.
Когда стало понятно, что Сенна остаётся неподвижным в машине, гонка была остановлена, к месту аварии прибыли медики. Когда Сенну достали из обломков машины, он практически не подавал признаков жизни, ему сделали трахеостомию и на вертолёте доставили в госпиталь, подключив к аппарату искусственного дыхания. После проведённого обследования стало ясно, что мозг Сенны мёртв и шансов на его выход из комы не осталось. Поэтому медики приняли решение прекратить искусственно поддерживать жизнь его тела. Как выяснилось позже, при столкновении правое переднее колесо оторвалось вместе с куском подвески и ударило Сенну по голове, при этом металлический кусок подвески пробил его шлем и нанёс смертельную травму.
По некоторым данным, смерть была вызвана переломом основания черепа в результате огромной перегрузки в момент удара. Однако в документальном фильме «Сенна» говорится, что на его теле не было ни одной сломанной кости и даже ни одного синяка, то есть если бы роковой кусок подвески прошёл на пару дюймов выше, Сенна бы просто вылез из машины и пошёл в боксы. Однозначно то, что если бы в то время использовали современные средства пассивной безопасности, которые ограничивают перемещение головы относительно плеч, то, исход аварии был бы иным.

Пассивная защита
После того как Сенну увезли в больницу, гонка была возобновлена; в ней победил Михаэль Шумахер. Некоторые медики и гонщики считают, что Сенна умер сразу же после аварии и его транспортировка в больницу была бессмысленной — организаторы гонки якобы пошли на это потому, что, объявив о смерти гонщика немедленно, было бы неэтично возобновлять гонку, и её организаторы, включая FIA, понесли бы серьёзные убытки. Эта точка зрения опровергается официальными представителями FIA и организаторами гонки. На самом деле по итальянским законам в случае гибели гонщика необходимо немедленно прекратить соревнования и закрыть автодром. Возможно, в этом и кроется истинная причина сокрытия времени смерти.
Среди экспертов до сих пор нет единства по поводу причин аварии. Высказывались самые различные версии: от недостаточного прогрева шин вследствие нескольких кругов за машиной безопасности до мгновенной потери сознания пилотом из-за высоких перегрузок. Наиболее распространённой версией, которая была признана достоверной итальянским судом, проводившим разбирательство, является неисправность рулевого управления. Рулевая колонка в болиде Сенны была искусственно удлинена посредством трубчатой вставки (рулевой вал в колонке был разрезан, и в место разреза была вставлена стальная трубка, которую обварили по краю). После аварии эта вставка оказалась сломанной по месту сварки, но произошло ли это непосредственно перед аварией (что привело к вылету болида с трассы) или она сломалась от удара — эксперты так и не сумели определить.
Существует ещё одна версия. По словам некоторых очевидцев, за несколько секунд до вылета из-под днища болида вылетали искры, что может свидетельствовать о его контакте с полотном. Если днище болида касается полотна, то часть веса машины оно берёт на себя, при этом сила сцепления покрышек резко снижается. Так как до этого покрышки успели остыть за время езды за машиной безопасности, то сцепные качества покрышек в тот момент были слишком низкими.
В рукаве комбинезона Сенны был найден испачканный кровью австрийский флаг. По всей видимости, Сенна собирался посвятить свою победу погибшему за день до этого Ратценбергеру, хотя никому не сказал об этом. Остатки машины после судебного разбирательства были возвращены команде «Уильямс» и, согласно её заявлению, уничтожены.
Смерть Сенны стала трагедией для многих болельщиков во всём мире, и в особенности в Бразилии. Бразильское правительство объявило трёхдневный национальный траур. В день похорон Сенны в Сан-Паулу траурную процессию сопровождали несколько миллионов человек. Одним из тех, кто нёс его гроб, был давний соперник Сенны Ален Прост. Сенну похоронили на кладбище Морумби близ Сан-Паулу.
Айртон Сенна последний погибший гонщик Формулы-1.

Памятник Сенне

 

При подготовке статьи были использованы материалы следующих сайтов:

http://www.senna.ru/biografiya/

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%B9%D1%80%D1%82%D0%BE%D0%BD_%D0%A1%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%B0